«Аккуратно» удалить из памяти. Как госТВ рассказало о народном мемориале Бондаренко

Место памяти Романа Бондаренко — на кладбище, а не в городе. Ведь смерть его трагична, но не имеет общественной значимости. А «политизация» смерти кощунственна. Такую позицию транслировали государственные СМИ, рассказывая о том, как убирали мемориал Бондаренко с «Площади Перемен».

Поделиться:

Что случилось

Роман Бондаренко был избит 11 ноября неизвестными в масках, которые снимали бело-красно-белые ленты на «Площади перемен». На следующий день Роман умер в больнице, куда поступил из Центрального РУВД Минска с формулировкой, что «травмы получил во время драки».

Смерть получила резонанс. Народные мемориалы в память Бондаренко стали возникать в разных городах страны. Самый большой из них появился на следующий после смерти день на «Площади Перемен». Люди приезжали оставить цветы, свечи, бело-красно-белые ленты.

На воскресенье 15 ноября в Telegram был анонсирован протестный марш под лозунгом «Я выхожу» — таковы были последние слова Романа в дворовом чате. Минчан призвали собраться у места гибели Александра Тарайковского и восстановить там народный мемориал, а оттуда пройти до «Площади Перемен» и почтить память Романа Бондаренко. Акция протеста была жестко разогнана, задержаны более тысячи человек. Вечером коммунальщики убрали мемориал: собрали свечи и цветы и перевезли их на Северное кладбище.

16 ноября разрушение мемориала прокомментировали представители католической и православной церквей в Беларуси, назвав его «сатанинским попранием» и «очередной попыткой уничтожить все то благородное, чистое, светлое, что есть в наших людях».

17 ноября высказался Александр Лукашенко. «Кладбища и мемориалы — это психологическое воздействие на население, — заявил он. — Спортивную площадку превратили в кладбище». По мнению Лукашенко, этот мемориал — один из «пунктов противостояния», необходимых для радикализации и начала гражданской войны. Он отметил: «Мы аккуратнейшим образом вывезли эти мемориалы там, где они должны быть — на кладбище, чтобы люди видели, что мы не варвары». Лукашенко раскритиковал реакцию священнослужителей, и на следующий день прокуратура объявила им предупреждения.

«Сакральная жертва». ГосТВ пришлось отвлечься от интервью Лукашенко на гибель Бондаренко

Как гостелеканалы рассказали о народном мемориале Бондаренко? И какие использовали манипуляции и приемы пропаганды?

СТВ

Новости о мемориале и протесте на СТВ появились уже в день акции. Они встраивались в единый негативный информационный ряд: до или после рассказа о беларусских событиях шли сюжеты о жестком подавлении протестов в США и Грузии. Так гостелеканал создавал впечатление, что жесткие разгоны нормальны.

Ведущие при этом смещали акцент на противозаконность и радикализацию акций в Беларуси, рассказывая о «рельсовой войне» и показывая кадры с атаками на милицию и неприличными жестами протестующих. «Как отмечают в МВД, организаторы акций протеста в воскресенье цинично использовали в своих целях факт смерти Романа Бондаренко», — сказала ведущая 16 ноября, транслируя позицию милиции. При этом не поясняются обстоятельства смерти, нет позиции протестующих, не показано насилие милиции при задержаниях — нарушены стандарты баланса мнений и полноты, применяется манипулятивный приём селекции.

Ведущая продолжила о мемориале: «Такие стихийные мемориалы <…> — уже неотъемлемая часть протеста. И сегодня они уже перестают быть только местом памяти и скорби», — констатируется факт, но в контексте сюжета это утверждение осуждающее. Осуждение основано на предпосылке, что мемориал должен быть только для скорби. А на деле, по мнению автора сюжета, вокруг мемориалов объединяются протестующие.

«Все цветы, свечи и другие предметы аккуратно перевезены оттуда на Северное кладбище», — отметила ведущая. Манипулятивное оценочное высказывание оправдывает перенос мемориала: раз «аккуратно» — значит моральные нормы не нарушены.

Негосударственные СМИ называют мемориал «народным», а государственные — «стихийным». Разница в дефинициях в том, что у народа есть субъектность и сознание, а у стихии, у «толпы» — нет.

«Беларусь 1»

На «Беларусь 1» мемориал впервые упомянули во вторник, 17 ноября, в «Панораме» — в тот же день и после того, как о нём высказался Лукашенко. До этого в сюжетах о протесте 15 ноября тематика воскресной акции и причина, почему люди собирались во дворе на Червякова, вообще не упоминались. Прозвучала лишь общая формулировка, что «оппоненты власти очень много говорят про насилие», сопровождённая обвинением самих протестующих в насилии.

В «Панораме» 17 ноября продолжили мысль Лукашенко и дали манипулятивную оценку: «Красноречивое видео мы увидели, как аккуратно, бережно переносят цветы и венки работники коммунальных служб туда, где они и должны быть. Не рядом с нашими детьми, не на площадке для игр. А в месте для скорби и памяти об ушедшем».

Затем обвинили телеграм-каналы в избирательной подаче информации, а протестующих — в попрании ценностей, топтании по цветам: «Но эти кадры никогда не покажут некоторые телеграм-каналы, которые тут же начали смаковать фейки, разжигающие эмоции. Якобы разрушили мемориал, потоптали святыню. Хотя топтали их как раз те самые “защитники”, убегая от служителей правопорядка». Здесь «Беларусь 1» сам подаёт информацию селективно, приводя отрывочный факт и смещая акцент: диктор не обращает внимания на насилие со стороны силовиков, которое и вынуждало людей убегать. Хотя на том самом видео справа от убегающих по цветам протестующих видно, как несколько милиционеров удерживают лежащего на земле человека.

Ведущий добавил манипулятивные риторические вопросы, подводящие аудиторию к нужным выводам: «И это по-вашему достойное поведение? Эти люди точно скорбят? Или кто-то пытается играть на эмоциях?» Два последних вопроса — домыслы и ложная дилемма.

Резюме от гостелеканала: «Произошла трагедия. Безусловно, жаль человека. Но давайте уважать друг друга, вести себя цивилизованно. И не подвергать себя, своих соседей и родных, своих детей в конце концов еще большим эмоциональным испытаниям. Об этом просят сами жители Минска». Далее показали уличный опрос, в котором все опрошенные единогласно поддержали тезисы гостелеканала. Других мнений не прозвучало, что нарушает журналистский стандарт баланса мнений. Vox populi при этом подаётся как мнение всех минчан, что является манипулятивным обобщением. Обстоятельства гибели Бондаренко не упоминаются, что нарушает стандарт полноты.

ОНТ

В воскресных «Контурах» 15 ноября сообщения о протесте и о смерти Бондаренко разделили, будто между этими событиями нет прямой связи, только косвенная. Это манипулятивный приём — отрывочные факты.

Сначала на ОНТ рассказали о радикализации протестующих, показав кадры атак на милицию (и не показав кадры задержаний более чем тысячи человек — это селекция и смещение акцента). Мемориал мельком попал в кадр, но о нём не сказали ни слова, как и о тематике акции 15 ноября. Лишь бегло прозвучали выкрики протестующих «Я выхожу!».

Затем дали сюжет про «факты экстремизма»: попытки срыва работы железной дороги и поджог дачи опального для властей академика Александра Мрочека (поставив в один ряд с поджогом дома командира ОМОНа Дмитрия Балабы). Оба случая расценили как «стремление радикальных сил расколоть общество».

И лишь после этого кратко рассказали о смерти Романа Бондаренко и дали цитату Александра Лукашенко, который рассуждал о важности расследования и упомянул, что «стали обвинять милицию». Событие охарактеризовали как «драку во дворе», не упоминая даже причину конфликта — важный факт. Хотя ещё 13 ноября TUT.BY опубликовал разбор видео и свидетельств очевидцев. Это нарушение стандарта полноты и селекция.

В дневном выпуске новостей 16 ноября снова рассказали о протесте. Но тематика акции и мемориал не упоминались напрямую. Не зная контекста, вряд ли кто-то понял мелькнувшие в кадре лозунги на баннерах. Показали «раскаяния» задержанных милицией — но они не говорили о смерти Бондаренко и мемориале. Лишь один признался, что пришёл посмотреть на «цветочки», а голос за кадром поправил его на «венки». Это опять же нарушение стандарта полноты и селекция.

Как и «Беларусь 1», телеканал ОНТ рассказал о связи воскресного протеста и мемориала только во вторник, 17 ноября после высказываний Александра Лукашенко. И снова без уточнения обстоятельств смерти.

Мемориал упомянули снова в «Контурах» 22 ноября в сюжете о протестной активности во дворах. «Выходишь из подъезда и видишь едва ли не кладбище, — сравнил ведущий. — К чему это может привести? К ссорам между соседями и ещё большему расколу в обществе». Домыслы ведущий дополнил ложной дилеммой: «Похоже, кто-то перепутал места для живых и небожителей или делает это сознательно», — то есть мемориал на месте смерти во дворе недопустим.

«Так где быть месту скорби? Где душе того, кто ушёл от нас, найти успокоение?»манипулятивная семантика в виде риторических вопросов смещает акцент на скорбь на фоне селекции: обстоятельства гибели Бондаренко не раскрываются.

«Двор дома — это место, где всем должно быть уютно», — снова ложная дилемма: может быть или уютно, или мемориал. «Все символы гражданской памяти и траурная символика бережно убраны и перевезены, — дал манипулятивную оценку ведущий. — Туда, где им и нужно быть. На кладбище». Неясно только, почему «символам гражданской памяти» место на кладбище.

В сюжете также дали комментарии православных священнослужителей, которые одобрили перенос мемориала. Но умолчали о предшествующих неодобрительных высказываниях других представителей православной и католической церквей, нарушив баланс мнений и подав информацию избирательно.

Логика госТВ: смерть Бондаренко трагическая, но общественной значимости не имеет

Традиция создавать мемориалы на месте трагедий существовала всегда. Например, мемориал «Розы» у входа на станцию метро «Немига» находится на месте давки и гибели людей в 1999 году, как раз на месте народного мемориала. Долгое время после трагедии люди возлагали живые цветы на том самом месте, на ступеньки — и скульптор увековечил их в бронзе. СТВ рассказывал об этом: «Погибли 53 человека. Об оборвавшихся жизнях теперь напоминает такое же количество роз, застывших на стилизованных ступенях».

Мемориал «Яма» находится на месте массового расстрела узников минского еврейского гетто. «Новая Беларусь подчеркнула уважение и память, воздвигнув здесь монумент», — рассказывали на «Беларусь 1».

Мемориал «Хатынь» возвели на месте уничтоженной нацистскими карателями деревни. «На месте трагедии белорусские военные и ветераны Вооружённых Сил высадили памятную аллею», — рассказывали на ОНТ в мае. А в июне Александр Лукашенко посетил церемонию открытия похожего мемориала в деревне Борки и зажёг там свечу. «Борки называют огненной сестрой Хатыни, — рассказали на «Беларусь 1». — Это живой памятник жестокости и бесчеловечности нацизма».

Мемориальный знак стоит на месте гибели подпольщика, Героя Советского Союза Владимира Омельянюка на минской площади Независимости. «К основанию мемориала падают простреленные пулей газетные листы — память о месте гибели Владимира Омельянюка 26 мая 1942 года», — писали на сайте «Минск-Новости».

Мемориал Владимира Омельянюка. Фото: «Минск-Новости»

Представьте, что любой из вышеперечисленных памятников перенесли в другое место, пусть даже и «аккуратно». Власть не стала этого делать, несмотря на идею, что мемориалы «должны быть на кладбище». Об этих памятниках госмедиа рассказывали лояльно.

Месседж госмедиа — смерть Бондаренко трагическая, но общественной значимости не имеющая. Об этом говорит, во-первых, одобрение «аккуратного переноса» на кладбище. Во-вторых, госмедиа подают воскресную акцию протеста 15 ноября как оскверняющую политизацией память Бондаренко. Игнорируя причину гибели.

Поэтому, по логике госпропаганды, всем «истинно скорбящим» следует отправиться на более приемлемое для «общественного порядка и благоустройства» место.

Подобное отношение у властей и к народному мемориалу Александра Тарайковского, погибшего во время протестов 10 августа. Коммунальщики убирали цветы и надписи с места гибели, засыпали тротуар, где появляется надпись, солью. Против написавшей там «Не забудем» девушки возбудили уголовное дело. Об этом писали негосударственные СМИ. А если использовать поиск Google по сайтам госмедиа ОНТ, СТВ, «Беларусь 1» и «СБ. Беларусь сегодня», то упоминаний имени Александра Тарайковского не находится вообще. При этом, например, государственный обелиск «Минск — город-герой», возле которого многократно собирались протестующие, во время акций охраняли — огораживали колючей проволокой, чтобы защитить от «осквернения».

Выводы

Из трёх гостелеканалов только минский СТВ рассказал о тематике протестной акции и мемориале в первый же день. Общенациональные «Беларусь 1» и ОНТ умолчали об этом до комментария президента. СТВ предвосхитил сказанное Лукашенко о мемориале 17 ноября, а ОНТ и «Беларусь 1» только транслировали и развили его идеи.

Государственные медиа рассказали о народном мемориале Бондаренко с использованием манипуляций: смещали акцент, приводили отрывочные факты и домыслы, избирательно подавали информацию, обобщали, давали манипулятивные оценки, приводили ложную дилемму. В провластном дискурсе смерть протестующего признаётся трагедией, но не имеет ценности ни место гибели, ни причина смерти, а скорбеть по нему нужно на кладбище. Создание мемориала на месте гибели негативно оценили как политизацию и осквернение.

Государство установило монополию на культуру памяти, что отражается в госСМИ. Когда мнение части беларусского общества идёт вразрез с политическими интересами власти, власть к нему нетолерантна: ставит народные памятники вне закона, разрушает их или игнорирует, исключая из официального дискурса.

Фото на главной: Sputnik / Виктор Толочко

«На каждую трупоедную падаль найдётся свой гордый орёл». Яркие цитаты госСМИ

Хорошо
Смешно
Грустно
Злюсь
Кошмар
Поделиться:

Смотрите также

Беларусские пропагандисты убеждают, что Лукашенко в 2020-м якобы сохранил страну. В это время их российские коллеги представляют Беларусь как часть России – федеративную республику. Теперь Киев заинтересовался вопросом беларусской легитимной власти.

Аналитика и обзоры

Мнения

Мониторинг СМИ

Тренды

Всячина

Видео

Тесты