Перестрелка в свете стандартов новостной журналистики

Произошедшая 28 сентября перестрелка между минчанином и сотрудниками КГБ закономерно стала темой номер один не только из-за двух трупов (в рубрике происшествий бывает и больше), но и из-за политической подоплеки и особенно из-за подкрепления предрассудков друг о друге сторонников и противников Александра Лукашенко.

Поделиться:

Вечер вторника взорвало сообщение Центра информации и общественных связей КГБ Беларуси, почти дословно распространенное в соцсетях и мессенджерах государственными и независимыми СМИ с формулировкой «сотрудник Комитета госбезопасности был смертельно ранен», «преступник был уничтожен». Следственный комитет позднее распространил свое сообщение с аналогичным содержанием, но с формулировкой «ответным огнем он был ликвидирован».

Некоторые независимые СМИ, впрочем, заменили «преступник» на «мужчина» или «житель квартиры», а «уничтожен» или «ликвидирован» на «убит», оставив тем не менее интерпретацию инцидента в изложении первоисточника.

Почти сразу в телеграм-канале «Желтые сливы» и государственных телеканалах появилось шокирующее видео, сопровождавшееся надписью «⚡️⚡️⚡️ВИДЕО УБИЙСТВА СОТРУДНИКА КГБ ТЕРРОРИСТОМ». Оно также разошлось по всем каналам.

Правило двух независимых источников

Между тем, по законам новостной журналистики, СМИ должны относиться ко всем событиям и их участникам с одинаковым скептицизмом, подтверждать информацию как минимум из двух независимых друг от друга источников, а при отсутствии такой возможности обращать внимание аудитории на то, что горячая новость в данный момент не подтверждена из альтернативных источников и что редакция будет работать над проверкой сообщения. Короткая новость может не включать бэкграунда и деталей, но не должна состоять исключительно из развернутой цитаты источника или являться перепечаткой пресс-релиза.

Редакция имеет свой авторитет, доверие аудитории, и в ситуации транслирования чужого контента о конфликтной ситуации волей-неволей подписывается под ним. Чтобы этого избежать, нужно дистанцироваться от источника, тем более от заведомо ангажированного источника, каким является КГБ, проведя черту между тем, что сообщают наследники «железного Феликса» и тем, что известно редакции.

В первые часы после тиражирования сообщения КГБ было известно только то, что спецслужба сообщила письменно и в смонтированном ею видео, а также имя гражданской жертвы. Были косвенные данные о том, что дом, где предположительно была перестрелка, оцеплен. Из предложенного КГБ видео можно было понять, что силовики были в гражданской одежде, оценить примерную планировку места действия, количество участников, то, что за окном был солнечный день, а также возможный тип оружия (для экспертов).

Из-за того, что видео было смонтировано, можно ошибаться в хронометраже и реальном контексте событий, мотивировке их участников. Без ответа остался вопрос, почему для участия в «специальных мероприятиях по отработке адресов, в которых могли находиться лица, причастные к террористической деятельности» не был использован спецназ КГБ или по крайней мере силовики не были экипированы соответствующим образом. Практически все остальное на основе этого видео – домыслы и дилетантские рассуждения без опоры на факты. Мы опираемся исключительно на то, что нам посчитало нужным сообщить КГБ.

Пропуск важных деталей в видеосюжете, распространенном КГБ, невозможно установить просто просмотром нарезанных фрагментов потому, что об этом можно судить только при просмотре полного видео. Между тем пропуски, умолчания – один из способов манипуляции, и использованы они здесь или нет – на данный момент неизвестно.

Читатель имеет право знать, как определенный факт стал известен, чье мнение излагается, какое отношение спикер имеет к происходящему и насколько его слова весомы, является ли говорящий экспертом или ответственным лицом. В ситуации с оценкой кагэбешного видео в независимых СМИ мы столкнулись с несколькими случаями анонимной оценки неназванными экспертами.

Понятно, что в современной Беларуси есть проблема с безопасностью, но также нужно иметь ввиду, что в таких случаях именно редакция подписывается своим авторитетом, что слова анонима заслуживают внимания. При этом аудитория не знает ранг эксперта, является ли он в своей области «профессором» или «студентом». Даже не называя эксперта, можно его охарактеризовать, и это может усилить доверие к сообщению.

Важно также помнить, что если кто-то отвергает правдивость факта, но не приводит доказательств, то это не значит, что он опровергает факт.

Гостелеканалы искали террористов, спасали беженцев и увидели крах ЕС

Фотография с сайта kp.by

Разработка темы и опасность пострадать за «героизацию террориста»

Осуждение и вознаграждение героев публикации, в которые практически неминуемо выливается освещение новостей в СМИ, возлагает на редакции особую ответственность.

«Радио и телевидение тысячи холмов», в которые превратилась в 2020 году беларусская государственная пропагандистская машина, вполне ожидаемо направило потоки ненависти на противников Александра Лукашенко, наконец-то получив образ «змагара-террориста» с оружием в руках – до этого им приходилось обходиться голословными утверждениями.

Независимые СМИ довольно быстро установили, как именно звали убитого жителя квартиры (Андрей Зельцер) и где он работал (EPAM Systems). Это дало пищу для домыслов о его причастности к «киберпартизанам», взломавшим базу данных МВД Беларуси, и героизации, как символа вооруженного протеста.

Для медиа это была трафикообразующая тема, и если об убитом сотруднике КГБ можно было узнать лишь его позывной «Нирвана» и имя «Дима» (по крайней мере по горячим следам), то про убитого гражданского, особенно после его опознания – можно было собрать отзывы коллег, родственников, соседей. За это поплатилась газета «КП в Беларуси», чей домен kp.by 29 сентября заблокировали для пользователей в стране и за рубежом. На момент написания этого текста официальное объяснение блокировки отсутствовало, можно лишь предположить, что рассказ об убитом гражданском был воспринят правоохранительными органами как его героизация, хотя журналисты лишь транслировали мнения о нем, но да, в комментариях читателей в соцсетях прозвучала оценка его поступка, как героизм.

По сути «КП в Беларуси» стала жертвой обстоятельств, так как другие независимые ресурсы, писавшие об инциденте, и так уже заблокированы в Беларуси, а несколько даже признали экстремистскими. Поэтому окно возможностей для журналистских проектов внутри страны еще больше сузилось, хотя «Комсомолка» просто сделала свою работу, рассказав читателям, что известно об инциденте.

А в это время

Днем 29 сентября на сайте министерства информации появилось сообщение о причинах блокировки сайта «КП в Беларуси»

Ограничен доступ к kp.by

На основании решения Межведомственной комиссии по безопасности в информационной сфере при Cовете Безопасности Республики Беларусь Министерство информации Республики Беларусь 29.09.2021 приняло решение об ограничении доступа к интернет-ресурсу kp.by.

На интернет-ресурсе kp.by размещена публикация, в которой содержатся сведения, способствующие формированию источников угроз национальной безопасности, заключающихся в искусственном нагнетании напряженности и противостояния в обществе, между обществом и государством.

В соответствии со статьей 38 Закона о СМИ в средствах массовой информации, на интернет-ресурсах запрещено распространение информации, способной причинить вред национальным интересам.

Хорошо
Смешно
Грустно
Злюсь
Кошмар
Поделиться:

Смотрите также

В любом обществе есть те, кто за перемены, и те, кто категорически против. Такое разделение беларусы чувствуют сейчас особенно остро. Когда медиа пытаются угодить и тем, и другим, они рискуют погнаться за двумя зайцами.

Аналитика и обзоры

Мнения

Мониторинг СМИ

Тренды

Всячина

Видео

Тесты